Светлой памяти двух поэтов
Сторонюсь я белого звука.
Неокрашенного, горлового.
Расплескавшейся жизни наука —
Звук грудной.
И любовь, и разлука,
И дождя шелестящее слово,
И звезда, заблестевшая снова.
Горловой — для мероприятия.
Для особой меры принятия.
Для клеймения. Для осуждения
К высшей мере посредством инфаркта:
Нет (де-юре), но да (де-факто).
Живы в памяти были пули.
Понижается голос до шепота:
— Вы уверены, что не струхнули б?
— Нет! Ведь не было личного опыта.
Дьявол страха подставил ногу.
Я виню проморгавшего Бога:
Выпил с горя. Еще не проспался,
Когда Слуцкий туда собирался.
Метки
Океан воспоминания ночь крик грусть любовь зима я верность детидетей беларусь счастье прощание мы любвь осень вера без тебя страх мечта пустота Земля агрессия песня ожидание ты солнышко идеал признание в любви одиночество он музыка мольба тепло разлука радость слезы Обман встреча пиздец грустно видение планета письмо безнадежность поцелуй боль набоков время не мое